Меню

Как выглядят глаза с поволокой. Что такое поволока в глазах. Примеры употребления слова поволока в литературе

Гинекология

Систематизация и связи

Юрий Кузин
«Глаза с поволокой»
Не люблю я считать ворон. Только позволь, и в голову, как в гостиничный номер, куда впускают перекантоваться за рубль в сутки, и где вповалку, «валетом», спят те, у кого зарплата с гулькин нос, набьётся целый табор…
Налетят. Петь и танцевать начнут. Ручку, мол, позолоти.
Как-то вышел я продышаться. Дай, думаю, куплю вечёрку, - газеты, говорят, хорошо выводят банных тараканов из головы. Покупаю. Разворачиваю. А там - мужик. Холёный. Усики ровно подстрижены. И глаза вороные, с дымком, как стволы после стрельбы. ДОВЛАТОВ.
Тут бес и подначивает: разузнай, мол, кто, да что? А сам, каналья, фантазии мне подбрасывает в топку: мол, не банщик ты отныне, Гришка, а следователь да по «особо важным!»
- Ну, - думаю, - угорел!
Мне бы холодной воды плеснуть на камни, прекратить, так сказать, безобразничать. Да дiавол, подлец, душу, как перчатку, на изнанку выворачивает. Жутко! Зябко! Хоть святых выноси! Вот бы, думаю, задать нечистому трёпку, наподдать, так сказать, чтобы знал наших, но как сладить с лукавым, когда враг уже оседлал тебя, как старого мерина, и пускает: то иноходью, то рысью, то галопом?
- Ну-ка, - распахну я перед воображением все оконные рамы, забитые на зиму с уснувшими мухами в проёмах, - пробейте-ка мне гражданина этого, Довлатова!
Это я подчинённым, значит.
А они мне: «А что тут пробивать, товарищ старший следователь. Сразу видно - матёрый».
- Видно? - я нахлобучу брови на глаза и принюхаюсь к заусенцу с красным, как помидор, лицом. От Фердыщенко будет разить. И букет у опера стойкий, терпкий, я бы даже сказал водочный, как у ящиков, что пылятся на складе вещьдоков.
- А может и не грабитель он вовсе? - подаст надежду звонкоголосая Нинка, судмедэксперт, которую и калачом не выманишь из анатомички. Вот уж кто любитель посудачить с покойничками о своём Игорьке (тот ещё бабник).
- Да уж, не авторитет, - проскрипит зубами Сан Саныч, кадровик, съевший ни одну собаку на «пиковых». - Цеховик, полагаю. Срок мотает. Ссучился. Куму настучал. А теперь в буре прячется, чтобы за петушиный стол не сесть...
От хлёстких выражений этих я вздрагиваю и привстаю на стременах своего ума, - мол, хоть и банщик, а по фене ботаю. Ох, эта чёртова баня! Какого только репья не посадишь в мозг, вычёсывая колтуны из запаршивевших душ и тел!
-…и глаза у него бухгалтерские, - поставит точку Сан Саныч.
Все с восхищением уставятся на знатока - крепко сбитого бобыля, сорока пяти лет, с «гуимпленовской» улыбкой на зашитых крупной стёжках щеках.
- Дай-ка, взглянуть, Саныч, - выхватит фото у кадровика Грицай, дознаватель. - Какой же это бухгалтер? - он кисло пробасит. - Домушник это. Щипач. Рожу откормил, как у пахана. Общаг, думаю, держит. Или предъявы разбирает по понятиям.
Тут даже те, кто отсиживался в закутках моего мозга, подойдут, чтобы взглянуть на стреляного воробья.
- Глупые Вы, мальчики, - вонзится бюстом в «могучую кучку», как ледокол в метровый шельф, Зоечка из баллистики. - Актёр это, Омар Шариф. Он в «Золоте Макены» снимался. Они там с Грегори Пеком дрались. На ремнях. Мол, кто кого - того и золото.
- И кто кого? - поинтересуется издалека Звонцов, практикант.
- Да оба хороши, - бюст Зоечки так и запляшет под настойчивым и цепким взглядом молодого специалиста. - У них же, у буржуев, рука руку моет. Хепиэнд, так сказать…
- Актёр, говоришь? - вальяжно, по-барски, подойдёт к коллегам насмешливый Рабинович, которому составить фоторобот, что раз плюнуть.
- Таааак… Гражданин себе на уме. Мозган, так сказать. А ещё красавец. Самец. Еврей - одним словом...
Тут все, разумеется, пожмут плечами и робко уставятся на меня.
- Еврей? - строго пресеку я пропаганду сионистских идей.
- Типичнейший, - Рабинович возьмёт меня под локотки и подведёт к оконцу, где при свете косых лучей закатного солнца личность разыскиваемого заиграет новыми красками. - Взгляните-ка на лицо, - плут постучит длинным, как коготь, пальцем по фотографии. - Оно овальное. Лоб широкий, как у Моисея. Глаза миндалевидные. Навыкате. Брови густые, сросшиеся. А голову, хитрец, остриг, чтобы кудри скрыть. Они, похоже, вьются у него, как у Авессалома. Он папашу своего, Давида, прогневил. Тот в погоню. А сын, улепётывая, повис на ветвях раскидистого дуба. Волосами, стало быть, зацепился. Так и колыхался на ветру, бедолага, пока не был убит…
- Вот ужас, - Нинка даже скрестит руки на груди.
- А этот, ну, Довлатов, он, что родственник потерпевшему Авес.., как бишь его там? - проснётся вдруг, прикорнувший было, Фердыщенко.
- В связях, - хитро улыбнётся Рабинович. - Поэтому и стрижётся. Боится, что силу свою обнаружит. Богатырскую.
- Богатырскую? - широко раскроет Зоечка глаза, и грудь её запляшет камаринского.
- Вот именно. У евреев, Зоечка, чем длиннее патлы, тем круче мужики. Вспомни Самсона…
Я, конечно тоже, напрягу память. Но на ум, вместо золотого бородача, разрывающего пасть льву на фонтане в Петергофе, придёт почему-то незлобивый хиппи Генка, спасавшийся бегством от комсомольцев с ножницами в руках.
- И, что же Давид? - чуть не плача, спросит Нинка с платочком у глаз.
- Голову пеплом посыпал. И всё рыдал, горько приговаривая: «О, Авессалом! О, Авессалом!»
Тут все, конечно же, станут печалиться о ветхозаветном неудачнике, запутавшемся в ветвях раскидистого дуба.
- Выходит, - прерву я тризну, - если бы мужик этот, в литых перчатках, волосы до пят отрастил, как Самсон, то мог бы и «Аврору» протащить по Неве?
Все опять посмотрят на меня, отвалив челюсти, как ковши у экскаваторов.
- А что? - разведёт руками Рабинович, дивясь такой перспективе. - Если, конечно, обвязать её канатами, то - вполне…
Здесь и прольются Нинкины слёзы, раздадутся её частые всхлипывания, точно разом заскрипят и отвалятся двери во всех мертвецких.
- Я знала… знала, - будет шмыгать носиком Нинка, - что никакой он не грабитель, - и добавит с каким-то надрывом в голосе: - Грустный он какой-то…И глаза - грустные-грустные…С поволокой….
Теперь уже я возьму в руки фото, с которого Мозган и Ас будет холодно взирать на меня, пряча огонь своей души за ПОВОЛОКОЙ, - и чего только не ляпнет баба, чтобы не прослыть дурой!
- С по-во-ло-кой, говоришь? - я буду разжёвывать слоги, как толчёную дурь, которую туркмены употребляют вместо обеда. - С бельмом, что ли?
- Да нет же, - усмехнётся Нинка, - с пеленой. Это, как если бы вы пришли в театр, а там - пожар! И занавес падает. Пожарный. Он огонь сдерживает, чтобы в партер не переметнулся. Вот и я о таких глазах. Их ресницы заволакивают, чтобы не прожгли насквозь...
В этом месте чёрт и свалится с моих плеч, - видимо, окаянный, окажется не слишком опытным ездоком.
- Дай, - говорит, - ногу в стремя сунуть. А там, я такие Диснейленды тебе покажу, Григорий, на таких горках американских прокачу с ветерком, на каких ты отродясь не катался…
- Нет! - говорю. - С меня станется!
А сам больно так себя за ухо щиплю, чтобы от морока бесовского пробудиться. И лезет же в голову всякая чушь. Вот, что значит - считать ворон. Но лукавый, похоже, и тут дровишек в костёр подбрасывает. - А что, если они правы? - шепчет сладко, оседлав мою мысль и даже пробравшись внутрь неё, как короед, забившийся между камбием и лубом. - А что, если сила в тех самых волосах? Что если сочинять - вовсе и не бить баклуши, а делать что-то большое, из чего выйдет толк, если, конечно, не врать в три короба, и не городить огород, через который и сам-то не перелезешь?
А я и не спорю.
Я просто иду домой. Вырезаю портрет писателя из вечёрки. Прикрепляю шпилькой к обоям над кроватью. И вообще собираюсь отрастить волосы, как у Самсона. Сил они мне не прибавят. Но глаза спрячут, - узкие, как прорези для медяков в автомате с газировкой.
А ещё я умыкнул Довлатова из библиотеки. Прочёл от корки до корки. Но не понял ни одного слова.
ПОВОЛОКА, - вот, что застит мой ум, что сковывает волю. Я рождён курам на смех, и пока я сам не подниму, этот чёртов занавес, пока не срежу жир с памяти, не сниму кожу с ума - до клубка мышц, до скрипа сухожилий, - огонь, полыхающий за сценой, будет отапливать Космос, в котором мне не найдётся койко-места.
А банщиком служить я больше не хочу. Уволюсь. Завтра же.
Санкт-Петербург 21.07.2018 г.

Юрий Кузин, 21 Июль, 2018 - 20:11

Комментарии

Не очень понятно с какой целью вы уводите читателя в анфилады метафор и смысловых уровней. Может это метареализм в прозе?

Согласно М. Эпштейну, «метареализм напряжённо ищет ту реальность, внутри которой метафора вновь может быть раскрыта как метаморфоза, как подлинная взаимопричастность, а не условное подобие двух явлений. Метареализм — это не только „метафизический“, но и „метафорический“ реализм, то есть поэзия той реальности, которая спрятана внутри метафоры и объединяет её разошедшиеся значения — прямое и переносное». Основным тропом метареальной поэзии, по Эпштейну, является метабола , отличная и от метафоры , и от метонимии .

Ваш вопрос симптоматичен))) - признаюсь, я и сам не смыслю ничего в измах... Я действую по наитию, спонтанно, как, например в следующем фрагменте....

«Васька» (фантастический рассказ) ФРАГМЕНТ
Бог сказал: «Умри, Васька!» и я - умер.
Это случилось сегодня. За день до моего девятилетия. Спустя минуту после выстрела полуденной пушки, изрыгнувшей из себя комок спёртого воздуха, - талый снег свалялся, почернел и пропах, как створоженное молоко…
В ту же секунду, когда меня сломало, как ветку вербы апрельским воскресным утром, в Венецианской лагуне мрачная Анна, пробежав терцину Данте: «Земную жизнь, пройдя до половины…», сунула планшет в рюкзак; встала; потянулась; подошла, переступая с камня на камень, к веснушчатой Агнесс; чмокнула в темя; обняла за плечи и спросила доверительно: «Ты уже трахалась? Только не ври, что - нет!»
- Что у тебя на уме, - ответила та, весело ударяя пятками по воде.
Сам не знаю, как, но я слышал весь этот трёп.
А ещё я побывал в дебрях Африки, в прериях Аризоны, на узких улочках Толедо и в окутанном смогом Шанхае, где всё кишело китайцами, которые столпились на роговице моих глаз - все 24.000.000.
Я знал каждого поимённо, как если бы был микробом, клонировавшим себя для турне по планете, которую собирался завоевать.
«Весёлая же у меня смерть!» - подумал я. Но прежде, чем сознание моё угасло, как кинескоп (телевизор у нас с мамой был ещё советский), я увидел турка Али, который, закончив пылесосить ковролин в доме госпожи Gustafsson, что в Стокгольме, протянул псу Жако кусок жилистого мяса и пробасил, по-курдски: «Ешь, сын шайтана! Кто ещё тебя накормит в этой дыре, как ни мусульманин».
Я увидел, как нахлебник, лениво виляя хвостом, подошёл к уборщику и выхватил стейк из его руки.
За секунду я успел побывать в одном миллионе двухстах тысячах городах, но после того, как Жако, не разжёвывая, проглотил кусок, я стал заваливаться на спину, как в фильмах Тарантино, где сражённый пулей, не падает, как подкошенный, а долго и мучительно складывается по частям.
Я летел затылком к ядру Земли. Я думал о бутылке, которую Гришечкин (так звали предводителя убийц) швырнул мне в лицо, очевидно из нелюбви к человечеству.
«Он смахнул меня, как куропатку», - подумал я.
Я услышал, как вся эта кавалькада подкатила ко мне, как сокрушалась о бедах, которые свалятся на их головы с моим исчезновением из семейства Гоминид, из вида Homo sapiens.
Я почувствовал, как саранча эта вдруг снялась с места и как полетела, стрекоча крыльями, на угол пятнадцатой линии и Малого.
Я склонился над собой. «Вот бы убрать тело с глаз долой, - подумал я, - куда-нибудь в четвёртый двор, где был тупик с ржавевшими остовами легковушек, и где мать, - я был уверен, - не стала бы меня искать».
Но тело моё предательски цеплялось за асфальт; мне даже показалось, что оно погрозило мне кулаком.
«А что, - подумал я, - если «он» жив? Эта мысль уколола меня, заставив внимательно взглянуть в собственные глаза, - пронзительно-серые, удивлённо уставившиеся в холодный квадрат неба, и скользнуть взглядом по щербатому, пахнущему хмелем и солодом, осколку. Один его зубчик торчал в моей височной кости, а другой - длинный, как сталагмит, - сидел в мозгу.
Я решил исследовать труп до того, как лавина, сорвавшаяся с вершины, не запрёт все мои атомы в гренландский лёд.
Я подумал, что смог бы выжать из тела хотя бы каплю жизни; я стал инвентаризировать ущерб; нырнул в кровоток, в перебитую артерию, в которой эритроциты вдруг оказались зелёными, как ирландцы в день Св.Патрика.
Веселье, которое здесь царило, - очевидно, до обитателей ещё не добрались слухи о моёй смерти, - приободрило меня, и я даже осмелился заглянуть в свой приоткрытый рот: зубы были целы, язык не прикушен, а голосовые связки (chordae vocales verae) были идеальны, ведь логопед, к которому меня таскала мать, вылепил их, как скульптор, удаливший резцом всё лишнее: ламбдацизмы, сигматизмы, ротацизмы.
Затем я прошёлся по спине. Одна лопатка торчала, - результат родовой травмы: акушерка выдавливала меня, запретив матери делать кесарево («Он сам должен пройти огонь, воду и медные трубы!») В отместку я заперся в утробе, пока меня не вытолкали «взашей».
Гипоксия чуть не повредила мой мозг. Но характер подпортила. Я родился желчным, подозрительным, что отразилось на моём лице. Оно было ассиметричным, хотя и красивым: что-то от отрока Васнецова, глаза которого, - блестящие, с поволокой, - до безобразия широки, а черты лица хрупки, как церковный хрусталь; шея тока, как свеча; абрис щёк замысловат, как византийская вязь; уши нежно очерчены; а рот одновременно и кроток и дерзок.
Думаю, я бы свёл с ума ни одну женщину, если бы дожил до возраста либидо, когда в уши мальчишке, прильнув к ним влажными, горячими губами, природа шепчет слова любви...
Вариант начала 2… И почему ребятня не сверкает пятками, когда площадку облепляют взрослые? Васька был философом в свои девять лет. И когда бутылку хватили о горку, а затем, начинив ненавистью, метнули ему в лицо, не стал уклоняться. Буллит завораживал! Само время бухнулось в обморок. И Васька погрузил в его рыхлую плоть свои холодеющие пальцы. В полудрёме он увидел, как нож, блеснув на солнце, очистил яблоко от жмыха, - а что такое смерть, подумал он, как ни лёгкий перекус! След от зубов остался на сочной мякоти плода, уже подвергшегося ржавлению. И Васька с замиранием сердца ждал, когда щербатое стекло штопором вывинтит морозный воздух из апрельского полузабытья. А, намотав баллистическую кривую на височную кость пострела, осколок уселся в его щенячьем мозгу, точно там ему и было место…
Вариант начала 3...
- Хоругвенооооосцы! - взбегает по хлипким ступенькам мальчишеское сопрано...Ты оборачиваешься на акварельный мазок голоса, брошенный на влажную бумагу рассвета...Никого! Ты ищешь горлопана на тропках и в расщелинах, - а вдруг пострелу известно: как долго ещё таскаться по этой жаре, терпеть удары тяжёлых кистей бахромы, сносить порезы и ссадины, которые древко, прижавшее тебя к земле, сажает на плечи и ладони? И если верно, что до рая рукой подать, если правда, что впускают только тех, кто сваливает к ногам Христа знамёна с именами смертей, прошляпивших детвору, пусть так и скажет без обиняков. Ты рыщешь взглядом по малышне, устроившей, как и ты, бивак на обочине. А когда придорожная пыль, превратив лицо твоё в посмертную маску, стеарином оплавляет разгорячённые щеки, а наждак суховея, обтачивающий пересохшие губы, выметает из расщелин и каверн авитаминозные кровяные шарики, волна сладкого удушья накатывает и разбивается о твой восторженный взгляд. И есть чему восторгаться: в десяти шагах от тебя, колеблясь на ветру, как язычок свечи, стоит фигура, сотканная из света. Вошло существо в дверь, прорубленную в стене зноя, уже извлёкшего из баночек гуаши, и швырнувшего на загрунтованный картон утра густую, всю в колонковой щепе, позолоту солнцепёка. Ступает гость осторожно, мелкими шажками, как часовщик, наладивший старинные ходики. Света тьма, - и ты пьёшь роговицей этот дымящийся напиток, не боясь обжечься. Но сомнение гложет тебя: а что, если на огонёк пожаловал коварный убийца? Все незнакомцы мазаны одним миром, - звёзды, галактики, вселенные. С чужаками держи ухо востро. Не верь их россказням, особенно Солнцу, - вот уж кому палец в рот не клади. Сколько раз этот тюлень лежебока укладывался у твоих ног, требуя почесать загривок. Ты лакомил зверька с рук. Изучал повадки. Но стоит зазеваться, и твоё глазное яблоко очутится на кончике его носа. Так расплачиваются за истовость. И, помня об этом, ты окапываешься в собственном страхе. Веки сцементированы. Стальной занавес упал прежде, чем пламя выело желтки твоих переполошённых глаз. Похоже, ты из тех, кто распускает хвост, а дойди дело до драки - бежит в кусты. Незнакомец, кажется, замечает твою робость, - лёгкая усмешка скользит по белому, как у альбиноса лицу. И это добродушие выбивает почву из-под твоего здравомыслия. Тебя знобит - ужас выдул печной нагретый воздух из твоего жилища вместе с волей и рассудительностью. В панике, перемахивая через ступеньки, ты сбегаешь в подвал, где листаешь пожелтевшую подшивку того далёкого лета, когда мама, сидя у кромки моря, состригала золотое руно с твоих обожжённых плеч. Ты хочешь знать, как приручить пекло. Ты ждёшь слов - надёжных, как золотой запас, - чтобы купить благорасположение монстра, посадить протуберанец на поводок. Но прошлое зашило рот крупной стёжкой. А больше тебе не у кого просить совета. И тогда ты пинками выталкиваешь себя из укрытия, где надеялся отсидеться. Ещё усилие, и мидии твои кажут нос, всё ещё опасаясь кривого ножа ныряльщика. Но пловец незлобив. Взгляд его кротких глаз не опаляет. И ты чувствуешь, как засахариваются твои горькие ребячьи слёзы. А когда ты расстёгиваешь душу на все пуговицы, распахиваешься, как весеннее пальто, - колесо хрусталика, соскочившее с рельс, и загрохотавшее по брусчатке ресниц, водворяется в привычную колею... И что же? Вместо света, - ни боли, ни рези в глазах ты больше не чувствуешь, - тебе широко улыбается отроковица с костлявыми плечиками сорванца и лукавым прищуром слезящихся старушечьих глаз.
- В колонну по трое становись! - крылья у ангела аккуратно уложены за спиной, как у Волжской ленточной голубки.
Мальчишки и девчонки высыпают на серпантин. Колонна вздрагивает и медленно ползёт в гору, как змея, в которую ткнули палкой.

Дымчатый макияж глаз завораживает. Он создает какой-то ореол тайны вокруг женщины, с помощью него легко завоевать мужское внимание. Как же сделать дымчатый макияж правильно, и каких ошибок нужно остерегаться?

Макияж глаз - пошаговая инструкция


  • Шаг 3. На предыдущем шаге с тенями можно закончить, но если вы хотите, чтобы макияж получился более выразительным, еще раз подведите верхнее веко и наружные уголки глаз черными тенями, и на этот раз растушевывайте их менее тщательно, чтобы остался достаточно четкий контур. Также можно подвести черным контурным карандашом внутреннюю сторону нижнего века - это создает впечатление более глубокого взгляда, но эта рекомендация работает лишь в том случае, если у женщины от природы большие глаза: маленькие глаза из-за такого контура будут казаться еще меньше.
  • Шаг 4. Покрасьте ресницы. В классическом варианте используется черная тушь для ресниц, но можно добиться интересного и нестандартного результата, используя туши различных цветов. Например, сиреневая тушь прекрасно подчеркнет зеленые глаза, коричневая - голубые, а карие глаза очень эффектно сочетаются с тушью сапфирового цвета.


Дополнительные советы

Чтобы дымчатый макияж стал еще более впечатляющим, используйте накладные ресницы . Позаботиться об этом нужно заранее - до того, как вы приступите к созданию макияжа.

На первом этапе вместо черных теней можно использовать темно-серые или светло-серые (а также различные оттенки коричневого и синего), но растушеванные черные тени при правильном использовании дают наиболее эффектный и элегантный результат.

Распространенные ошибки, и как обойтись без них

  • Глаза енота

Одна из распространенных ошибок, которую чаще всего совершают молодые девушки - нанести густой слой черных теней на верхнее и нижнее веко, и назвать это дымчатым макияжем глаз. На самом деле лицо начинает напоминать мордочку енота (или панды - это сути дела не меняет), и братья наши меньшие с такими кругами вокруг глаз выглядят очень мило, то человек… не очень, одним словом. Чтобы вместо жутковатых кругов получился настоящий дымчатый макияж, тени нужно наносить умеренно и очень тщательно растушевывать.


  • Слишком много блеска

Вообще блестящие тени выглядят очень эффектно, помогают сделать глаза ярче, а весь макияж - свежее, но при создании дымчатого макияжа от них лучше отказаться. Дымчатый макияж сам по себе является очень эффектным, а тени с шиммером могут сделать его просто вычурным и безвкусным. Допускается наносить чуть-чуть блестящих теней на кожу у внутренних уголков глаз, проводить тенями тонкий контур по нижнему веку.

  • Не наносите цветные тени слишком высоко

Стоит нанести тени любого цвета, кроме нейтральных (бежевого, цвета слоновой кости или бледно-розового) на все верхнее веко, до самых бровей, и о красивом макияже
можно забыть. Цветные тени (особенно - очень темных тонов) можно наносить лишь на пару миллиметров выше складки века. В различных модных журналах иногда можно видеть, что не все визажисты придерживаются этого правила, но то, что отлично смотрится на глянцевых страницах, далеко не всегда приемлемо не только в повседневной жизни, но даже в ночных клубах. Делая дымчатый макияж, помните правило: меньше - это больше. Когда в ваших руках кисточка для макияжа, всегда лучше нанести чуть меньше косметики, чем больше. Если вам кажется, что вы все-таки нанесли тени слишком высоко, нанесите поверх них немного матовых теней, по цвету максимально близких к цвету вашей кожи.


  • Слишком много теней на нижнем веке

Это довольно распространенная ошибка. Иногда кажется, что нижние веки накрашены даже сильнее, чем верхние - к счастью, видеть такое приходится нечасто. Избежать этой ошибки просто - нужно лишь не забывать, что ширина участка кожи под глазами, на который наносят тени, не должны быть заметно больше длины нижних ресниц. Используйте качественные тонкие кисточки, чтобы наносить тени было проще.

  • Жесткие линии

Их стоит избегать при создании любого макияжа, но дымчатого макияжа глаз это касается в особенности. В сочетании с тщательно растушеванными тенями жесткий контур создает впечатление дисгармонии, и может разрушить созданный образ.

Лучшие друзья девушек - бриллианты? А вот и нет: лучшие друзья - правильно подобранные тени. Конечно, хорошо, когда на пальце поблескивает камушек в несколько карат, но он вряд ли привлечет внимание противоположного пола - разве что завистливые взгляды других барышень.

А вот красивые глаза способны околдовать любого мужчину. Но ведь не у всех представительниц прекрасного пола от природы большие выразительные очи! В этом случае и приходят на помощь тени для век.

Грамотно подобранные тени способны творить чудеса! Если правильно их нанести, можно увеличить слишком маленькие глаза, уменьшить или, наоборот, расширить расстояние между ними, приподнять опущенные уголки, удлинить разрез глаз, придать глубину взгляду, да и вообще кардинально изменить внешность!

Выбирая тени, в первую очередь необходимо учитывать, что они бывают сухие и жидкие. Какому типу отдать предпочтение - дело вкуса. Сухие тени прослужат дольше, поскольку срок годности у них, как правило, больше.

Кроме того, ими можно подводить линии по контуру глаз, что очень удобно, если вы не любите пользоваться карандашом и подводкой. Но эти тени сушат кожу век, поэтому прежде, чем их наносить, следует использовать основу под макияж. А вот аналогичные жидкие косметические средства содержат питательные и увлажняющие добавки, витамины и масла, а следовательно, питают и увлажняют нежную кожу век.

Но у них есть существенный недостаток: они имеют свойство «скатываться», их крайне сложно равномерно нанести и растушевать, ими нельзя прокрашивать складку на веке - иначе вместо загадочного взгляда получится жуткий комок.

Увы, нет ничего идеального. Еще одна разновидность - компактные тени, по внешнему виду напоминающие пудру. Аппликатор при их нанесении должен быть слегка влажным, иначе тени рассыплются по всему лицу.

Какие тени подходят под цвет глаз

Залог успеха - подобрать соответствующий цвет. Белые тени приглушают яркие тона и придают взгляду ясность, но при избытке белого цвета макияж будет казаться искусственным. Черные тени подавляют яркие цвета, взгляд становится выразительным, уменьшается рельеф той части века, на которую наносятся тени. В то же время излишек черных теней старит.

Серый цвет придает взгляду бархатистость, однако немолодое лицо может выглядеть уставшим. Беспроигрышный вариант - коричневые тени, который делают взгляд выразительным и глубоким. Также хорош розовый цвет, придающий сияние, но все-таки он предпочтительнее для девушек.

Голубой - слишком холодный цвет, поэтому голубые тени визажисты рекомендуют использовать вместе с зелеными, серыми или фиолетовыми. Зеленые тени, которые приглушают яркость взгляда и придают лицу нездоровый вид, нужно сочетать с коричневыми, голубыми или розовыми.

Что касается сочетания с цветом глаз, то кареглазым обольстительницам больше подходят холодные оттенки - сливовый, серый, фиолетовый, лиловый, голубоглазым красоткам - коричневые, бежевые, перламутровые, светло-сиреневые и фиалковые тени, а обладательницам зеленых глаз - темно-фиолетовые, медные и сливовые.

Как подобрать тени под цвет волос

Но только цвет глаз учитывать недостаточно - не последнюю роль играют цвет волос и кожи. Так, например, смуглым шатенкам больше подойдут черные или темно-коричневые тени, а если кожа светлая, то тени следует выбирать под цвет глаз. Это правило относится и к светлокожим брюнеткам со светлыми глазами.

Если кожа смуглая, то наилучший выбор для женщин-вамп - зеленые тени. Для блондинок со светлой кожей и голубыми глазами предпочтительны голубые и серые тени. Рыжим, бесспорно, будут к лицу зеленые и коричневые тени.

Кроме цвета необходимо учитывать, что тени могут быть матовые или перламутровые. Конечно, с матовыми тенями хлопот меньше: их легче наносить и растушевывать, они подчеркивают выразительность глаз и привлекают внимание. Но если нужно добиться эффекта открытого, сияющего взгляда, то без перламутровых теней не обойтись.

Матовые тени можно наносить на все подвижное веко, а вот перламутровые - только на середину. Коварство перламутровых теней заключается и в том, что если переусердствовать, то они подчеркнут все имеющиеся морщинки.

Нельзя забывать о форме глаз и индивидуальных анатомических особенностях лица. Если глаза слишком маленькие или впалые, ресницы - короткие, а под глазами имеются темные круги или мешки, то темные тени неприемлемы, поскольку они придадут усталый вид. С их помощью можно только удлинить форму глаз, подчеркнуть и выделить их, а потому наносить следует на внешние уголки глаз. А вот тени светлых оттенков сделают взгляд сияющим и открытым, освежат лицо.

Не стоит наносить на веки всю имеющуюся палитру теней - достаточно двух-трех оттенков одной цветовой гаммы. В уголках глаз и под бровями наносятся самые светлые тени, по центру век - более яркие, а на внешних уголках глаз - самые темные.

Не забывайте об этих простых правилах, и мужчины будут пленяться красотой ваших глаз!
Материал взят с сайта woman.mobus.com

Когда мужчина хочет женщину, она подсознательно это чувствует. Но порой, чтобы убедиться в своих ощущениях, ей требуется подтверждение, объективный взгляд со стороны. Существуют определенные признаки, которые выдают желания и помыслы мужчины, даже если тот отчаянно пытается их скрыть. Особое внимание следует обратить на взгляд, жесты, язык тела и необычное поведение.

Взгляд

Глаза – зеркало души человека. Даже если человек хочет скрыть свои эмоции, взгляд всегда его выдает. Нужно лишь научиться правильно читать выражения глаз. Если мужчина хочет женщину, он смотрит на нее по-особому. Обычно выдающий взгляд длится доли секунды, поэтому невнимательный человек может его не заметить. Но если наблюдать, или еще лучше, записать мужчину на видео, признаки вожделения будут видны:

Эксперимент. Чтобы подтвердить свои ощущения, нужно отойти на несколько десятков метров от мужчины, и в течение 10-15 минут понаблюдать (скрытно) за его поведением Если он будет периодически поглядывать в вашу сторону, можно судить о повышенном интересе и возможном желании сблизиться.

Язык тела и жесты

Тело человека может рассказать многое. Осанка, поза, жесты всегда что-то означают. Организм через них дает выход эмоциям. Если человек пытается подавлять свои чувства, его кровяное давление повышается. Ученые используют этот факт для тестирования на детекторе лжи. Но как понять, что мужчина тебя хочет? Обратите внимание на следующие признаки:

Всю правду расскажут ноги. Некоторым женщинам недостаточно подтвердить желание мужчины. Они хотят знать, насколько серьезны и прямы его намерения. Наиболее достоверно о честности говорят ноги. Если мужчине нечего скрывать, то его ступни будут сведены вместе, а носки обращены в вашу сторону.

Поведение

Горящий желанием мужчина ведет себя иначе, чем остальные. В его крови бурлят гормоны, он то и дело думает, как заполучить желаемое. Это могут быть как прямые действия по завоеванию, так и старательные усилия свои намерения скрыть. Но от внимательного человека не ускользнет ничего. Итак, как понять, что тебя хочет парень:

Совет автора. Важно понимать, что каждый признак по отдельности еще ничего не значит. Например, взгляд с поволокой может свидетельствовать, что мужчина просто пьян. Постукивание пальцами и переминание с ноги на ногу может говорить о спешке, желании сходить в туалет.

Чтобы сложить объективное мнение о помыслах и намерениях мужчины, каждый отдельный признак нужно воспринимать как деталь пазла. Если женщина действительно желаема, они сложатся воедино.

Что дальше?

Ну, вот вы и сделали определенные выводы о желаниях мужчина. Возникает вопрос, а что дальше с этим делать? Нельзя же подойти и прямо сказать, что он раскрыт и вам все известно. Нет, девушка должна действовать иначе. Если парень ей интересен, и она тоже желает вступить с ним в связь, свою готовность нужно продемонстрировать:

  1. Когда парень на вас посмотрит в очередной раз, посмотрите ему прямо в глаза и улыбнитесь. Ваша открытость поможет ему раскрепоститься.
  2. Надевайте более скромные наряды. Пусть будет открыто что-то одно – декольте, ноги или обтянуты бедра. Во-первых, мужчина не должен перенасытиться, а во-вторых, когда вы в откровенном наряде, соображать и действовать ему сложнее.
  3. Спросите совета или попросите помощи. Проверенный способ познакомиться поближе.
  4. Будьте просты и открыты. Не нужно строить из себя неприступную недотрогу. В этом случае мужчина быстрее перегорит, чем решиться подойти и признаться в своих намерениях.

В заключение, следует напомнить, что быть загадочной, интригующей – прерогатива женщины. Сильный пол устроен иначе. Если мужчина действительно чего-то хочет (особенно женщину), он делает все, чтобы это заполучить. Даже самый скромный парень становится настойчивым, целеустремленным и решительным. Поэтому женщине нужно всего лишь подождать и посмотреть, как тот проявит себя.

Ольга, г. Москва